«УДАРИМ УЛЫБКОЙ ПО ИНФАНТИЛИЗМУ И РАВНОДУШИЮ!» Беседа с кризисным психологом Михаилом Хасьминским

Михаил ХасьминскийМихаил Хасьминский

Старейший Центр кризисной психологии, созданный по благословению Патриарха Алексия II 10 лет назад, находится рядом с метро «Семеновская», при храме Воскресения Христова. Здесь служат высокопрофессиональные православные психологи, которые помогли уже тысячам людей преодолеть такие страшные, но, увы, типичные для нашего времени явления, как разводы, расставания, семейные кризисы и неурядицы. Сюда обращаются и в горе потери близких, и узнав о собственном тяжелом заболевании. Люди переживают потрясение от физического или психологического насилия, испытывают душевные страдания, связанные с участием в боевых действиях, стихийными бедствиями, катастрофами, актами терроризма, вынужденной миграции, неуставными отношениями в армии, преступлениями против личности, переживанием посттравматических стрессовых расстройств и т.д. Здесь помогают взрослым и детям, членам любых религиозных конфессий, маловерующим, сомневающимся и атеистам. Главная плата, вознаграждение за оказываемую сотрудниками центра помощь – это, по словам бессменного руководителя центра М.И. Хасьминского, радость от того, что ты при содействии Христовом можешь видеть, как человек преодолевает ад внутри себя, как яснеет его взгляд, как появляется долгожданная искренняя улыбка. Мы говорим с Михаилом Игоревичем – главным редактором сетевого журнала «Русская православная психология», главным экспертом группы сайтов «Пережить!», членом Ассоциации онкопсихологов России, составителем серии книг для переживающих горе, автором публикаций и интервью, а также соавтором популярных книг по кризисной психологии, многие из которых были переведены и опубликованы на сербском, английском, румынском, китайском, украинском, немецком языках, ведущим семинаров и тренингов по практической кризисной и православной психологии – о правилах работы возглавляемого им центра, о причинах, по которым тысячи людей обращаются сюда, о не могущих повзрослеть мужчинах-мальчиках, о значении честной и доброй улыбки для христианина, о том, что бояться своего мнения – отнюдь не всегда признак христианского смирения, и о многом другом.

М.И. Хасьминский сразу сказал: «Оказание помощи в нашем центре никак не связано с суммой пожертвования (или его полного отсутствия). Если у вас тяжелое материальное положение, то это ни в коем случае не должно вас останавливать в получении психологической помощи. Сотрудники центра в первую очередь воспринимают свой труд именно как служение Богу, а не зарабатывание денег».

Когда помощь – в помощь

 

– Михаил Игоревич, после десяти лет работы в Центре кризисной психологии, наверное, чувствуете себя как выжатый лимон? Столько ужаса обрушивается на вас и специалистов центра ежедневно! Что помогает вам работать, несмотря ни на что?

– Наверное, в первую очередь это результаты помощи. Ведь увидеть, что человеку стало легче, что он отошел от края, что он стал жить, несмотря на тяжелейший кризис, согласитесь, приятно. Кроме того, например, благодаря работе центра у нас сложилось даже несколько супружеских пар. Однажды молодой человек, находясь в отчаянии, будучи уже близким к самоубийству, зашел на наш сайт «Победишь.ру». Почитал там истории, пообщался с другими людьми, а потом пришел на консультацию в наш центр. Приходил несколько раз, познакомился с девушкой, у которой были тоже серьезные проблемы в жизни. А в итоге получилась прекрасная пара, семья, где все друг друга поддерживают и любят, растет малыш. Другая девушка пришла, когда у нее умирала мама. Прогноз был самый неутешительный. Я понимал прекрасно, что такой чистой, умной, светлой девушке, у которой кроме умирающей мамы никого и не было, после ее смерти будет крайне тяжело одной. И познакомил ее с одним из активистов нашего антисуицидного сайта «Победишь.ру». Снова получился прекрасный союз. Я навскидку назвал эти пары, а есть и другие – они стали такими «неучтенными» результатами работы центра.

– Очень благой «побочный эффект».

– Но мы не на этом, конечно, строим свое основное служение. У нас все же не бюро знакомств, хотя в принципе такими результатами даже иной раз православные клубы знакомств не могут похвастать.

Корни многих проблем – в инфантильности

– Кстати, о православных клубах знакомств. Ваше отношение к ним?

– Понятно, что где-то православным нужно знакомиться, и такие места должны существовать, но мне кажется, что просто факт знакомства – это еще мало. Православным лучше знакомиться с православным, для создания именно православных семей, так что такие клубы нужны.

Но надо учитывать, что часто в них приходят люди, которые в жизни испытывают огромные трудности в общении, в выстраивании коммуникаций с окружающим миром и людьми, страдающие неврозами; случаются и такие, которые приходят самоутвердиться, находясь в некоей прелести, а то и гордыне: «Я – особый православный, бегайте вокруг меня, подавайте нечто особое, что-нибудь эдакое, соответствующее моему особому статусу». Не все они готовы жертвовать ради честных, серьезных отношений, но всегда готовы употребить то, что падает само собой в ручки. Кроме того, скажем, если приходит человек с психологическими проблемами в надежде их разрешить в таком обществе, но декларируя, что хочет создать семью, то, скорее всего, проблема никуда не уйдет, а может и усилиться, как и собственное превозношение. То есть, когда в клубах знакомств речь идет не столько о знакомстве, сколько о попытках решения собственных психологических проблем, то это неверно.

– Они как-то взаимосвязаны – психологические проблемы и гордыня?

– Не всегда, но очень часто психологическое состояние определяется духовным. И это не удивительно, потому что первопричина – грех. По крайней мере, соделанный грех – частая причина душевного расстройства. Грех ведь рождает гордость, страсти, переживания, которые потом проявляются и такими психологическими состояниями.

– То есть взаимосвязь часто есть, но иногда она совсем не видна? Иногда она очень тонка, и в некоторых случаях она действительно отсутствует?

– Нельзя сказать, что только духовное состояние влияет на психическое здоровье. Влияет и настрой человека, его цели и задачи, зрелость, ответственность, иногда и его прошлый опыт, особенно умение преодолевать какие-то сложности, уступать. Потому что, возвращаясь к клубу знакомств, если мужчина инфантилен, боится ответственности, то вообще-то какой ему смысл в такие клубы ходить? Он всё равно побоится ответственности. Он не готов ответственно создать семью. Ну, познакомился. Они так и знакомятся годами. Со всеми знакомятся, пока со всеми не перезнакомятся. Дело вовсе не в знакомствах, а в том, что мужик – инфантильный. Он еще как бы ребенок.

– А сейчас много таких инфантильных дяденек?

– Сейчас таких очень много. А чего вы хотите? Чтобы мужчина был ответственным, он должен эту ответственность учиться нести с детства. А если его воспитывает, например, в неполной семье одна мама? Если он не видит, как должен себя вести авторитетный отец? Да еще если все вокруг него прыгают, угождают ему, трясутся над ним… Окружающие не настаивают на выполнении им определенных правил, заповедей, жизни по ним. В семье – то же, что в армии: чему мог бы научиться разбалованный призывник, если, например, он приходит в армию, а вокруг него начинают прыгать «деды», офицеры, прапорщики с генералами? Согласитесь, ничему он не научится. Ситуация абсурдна. Но, к сожалению, повторяется во многих наших семьях.

Эгоцентризм выглядит именно так и воспитывает именно таких мальчиков, которыми ни армия, ни семья гордиться не могут. Возьмем типичный, вопиющий, на мой взгляд, бытовой пример: автобус в любом городе средней полосы России. Кто обычно сидит на сиденьях, а кто стоит рядом? Правильно: сидят дети и мужики, а стоят бабушки и дедушки. Детям не прививается почтение к возрасту, взрослым мужикам позволяется чувствовать себя маленькими, слабенькими и беззащитненькими. Это очень во многом и приводит к проблемам семьи.

Инфантильность очень вредит и в Церкви: такой человек идет в Церковь не ради поиска Бога, а чтобы им управляли

Кроме того, эта инфантильность человека очень вредит ему в Церкви. Ведь получается так, что он идет в Церковь не ради поиска смысла жизни и Бога, а ради того, чтобы им управляли, снимали с него ответственность, потому что он сам не научился ее нести. Не может брать ответственность за свою жизнь. Вот он и идет за каждым чихом «благословиться к батюшке». Батюшка у него оказывается в роли отца, решает за него все проблемы, и в итоге это часто приводит к нехорошим последствиям.

– А для самого священника такая роль не вредна?

– Почти всегда вредна. Но иногда священник не может отказаться от этой роли, его в нее вовлекают. Это происходит потому, что иногда он не может сказать: «Знаешь, к духовной жизни твой вопрос не относится, так что ты сам решай». Если уж к священнику обратились с вопросом, то он думает, что должен каким-то образом помочь, поучаствовать. Если к вам обращаются с вопросом на улице, вы считаете своим долгом как-то ответить? И в храме тоже часто вопрос задается так, что священник вынужден ответить. Но вовсе не каждый священник может понять психологические особенности человека, понять, зачем такой запрос у этого человека, зачем он, скажем так, вообще приходит. То есть это такой сложный, тонкий вопрос – отделить духовное от душевного, психологическое от психического. Но это – тема отдельной, сложной и большой беседы.

В нашем центре мы не занимаемся духовной поддержкой людей. Мы можем только помочь решить психологическую проблему и направить к опытному священнику, который будет помогать решать проблему духовного свойства, но только вместе с самим страдающим, при его желании. Это как в больнице: невропатолог не может взять на себя обязанности хирурга, а хирург не может на себя взять функции эндокринолога. Все они работают вместе и в тяжелых случаях проводят консилиум. Это наиболее удачная форма совместной деятельности во благо больного. И у нас так же происходит.

– Но лечение часто подразумевает, что и сам больной должен не только осознать свою болезнь, но и трудиться над ее исцелением.

– Это, конечно, так, потому что если человек ничего не хочет, если он просто хочет прийти и найти свободные уши, свободную «жилетку», просто пожаловаться, чтобы его услышали, то пользы тут немного. Я всегда даю консультации, в которые включены какие-то задания. По тому, как человек их решает, видно, что он, собственно, хочет. Если он хочет каких-то изменений, он будет трудиться над заданиями, и с ним дальше уже можно обсуждать, что он не так делает, может, что-то не получается, но во всяком случае, уже есть что обсуждать. А если он приходит: «а, нет-нет, я в сторонке посижу», то все наши «прыжки» и «танцы» не помогут. В таких случаях наше общение не идет дальше одной консультации. Я не вижу смысла в дальнейшей работе, если человек не старается, а просто пассивно смотрит: вот я, а вот – мои проблемы, и я погляжу со стороны, как ты их будешь решать за меня.

Лучший помощник – тот, кто сам пережил такую же боль

 

– Михаил Игоревич, объясните, пожалуйста, как так выходит, что люди, которым плохо, которые обращаются за помощью, которые требуют ее, вдруг сходятся и получается хорошая семья. Помогают друг другу, сами находясь в тяжелейших условиях.

– Любовь объединяет, желание помочь, пройти с человеком тяжелый отрезок его пути, поделиться. Любовь – это цемент, который позволяет возникать таким конструкциям. В пример я приведу наши форумы и сайты, на которые десятки людей приходят, находясь в тяжелейшем горе. На «pobedish.ru» – с желанием себя убить, на «Пережить!» – с проблемами переживания смерти ближнего. А на этих страницах есть форумы, где собираются замечательные люди, помогают друг другу: кто – своим опытом борьбы с отчаянием, кто – молитвой, кто – просто добрым, неосуждающим словом. И вот потом человек, получив помощь, сам остается и сам помогает другим. И помогают годами, бессменно. Это уникально, чтобы в интернете собралось сообщество по факту профессиональных людей, которые действительно являются специалистами, могущими по-настоящему утешить, помочь в переживании горя, тяжелых болезней, разводов, насилия, удержать в нежелании жить… У нас в стране крайне мало в этой области специалистов-практиков. А здесь десятки людей, которые опытным путем научились другим помогать компетентно, ответственно, сострадательно, открыто. Это всё можно посмотреть – пожалуйста. Мы используем все возможности для оказания помощи, весь спектр. Бывает – не во всех случаях, конечно, – что лучший помощник – это тот, кто сам пережил эту боль, победил ее.

– Здесь прямая параллель со словами апостола Павла: «Сам искушен быв, может и искушаемым помощи» (Евр. 2: 18).

В серьезных кризисах помогать нельзя формально, тут не спрятаться ни за диплом, ни за учебник

– Вот-вот. Только еще надо помнить о «блюдый себе, да не и ты искушен будеши» (Гал. 6: 1). В общем, так и есть: именно эти люди были уже искушены, и они это уже преодолели. Им есть что сказать, чем поделиться. А записной психолог, который просто закончил некий вуз, часто платный, разве стал от этого мудрым, сострадательным, мотивированным, опытным? Он захотел созидать, жертвовать собой? Да нет, диплом этого не дает. И даже более того: в серьезных кризисах помогать нельзя формально, тут не спрятаться ни за диплом, ни за учебник. Да и учителей в вузах, которые способны в этой области хоть немного научить, единицы.

– Я помню такой случай: при одном из храмов было открыто подобие центра кризисной помощи для зависимых, и вел прием совершенно неопытный молодой человек. Всё это продолжалось месяца два, может быть, три. Он в конце концов просто не выдержал, убежал. Центр закрылся.

– Ведь очень многие переживания и страдания, например смерть близкого, суицид, зависимость, упираются, действительно, в духовное состояние переживающих, и надо очень ненавязчиво, тактично, технологично дать определенные знания, чтобы эти люди могли выйти из беды. Что касается именно зависимости, то мы в нашем центре принципиально не занимаемся ею. Дело в том, что помощь зависимым – это довольно специфичная область. И нельзя быть во всем компетентным. Надо уметь выбрать себе определенную сферу и не пытаться объять всё, потому что, как говорил Козьма Прутков, «нельзя объять необъятное». Мы к этому и не стремимся. Мы занимаемся именно кризисами.

А человек, который занимается в храме людьми с зависимостями, должен быть очень профессионально компетентным, он должен иметь поддержку у своих коллег, жить духовной жизнью. В конце концов он должен понимать еще, что такое выгорание, и уметь с ним справляться.

Профессиональное выгорание может быть у всех людей так называемых «помогающих профессий». Справляются с этим по-разному. А если человек об этом не подумал, этого не понял, то смотришь, а одиночку-спасателя смяло выгорание, смяли проблемы, смяли бесы.

О «выгодах» утешения, смирении и инициативе

– Михаил Игоревич, в одной из ваших статей вы утверждали: «Утешение не всегда полезно». Как это понять? Вроде бы от психолога, христианина слышать такие жесткие слова удивительно. Поясните, пожалуйста.

– Когда людей утешают, результат бывает разный. Кто-то утешается, а потом преодолевает трудности, выходит из них. Можно сравнить эту ситуацию с болезнью, которую человек при поддержке врачей старается одолеть, и он выздоравливает, выписывается здоровым. Это прекрасно. Но есть и другой вариант, когда больному настолько нравится внимание к себе, что уже и желание-то пропадает выздоравливать. Это так называемые и часто неосознаваемые вторичные выгоды. Человек может, вместо того чтобы вылезать из болезни, искать больше и больше внимания, поощрений, отношений, которые он получает благодаря своему больному состоянию. Потом очень сложно ему из этой ситуации выходить. Он уже настолько завяз в этих выгодах, что ему решение не нужно, он уже не хочет в жизни ничего менять, чтобы и дальше получать свои различные выгоды, от которых он отказываться вовсе не желает.

– То есть тут: «Здравствуйте, я – профессионально бедный. Жалейте, господа»?

– Да, можно и так сказать. Профессионально бедный, профессионально несчастный, обиженный в лучших своих чувствах. Кстати, для инфантильных людей это очень характерно. Ты можешь ничего не решать, пусть люди за тебя решают, а ты страдалец, плыви по течению и получай свои вторичные выгоды.

– Но, может быть, это как раз смирение?

– Сразу оговорюсь, что не буду говорить о монашеском послушании – подлинно христианском явлении и добродетели – это совсем другое, тут я не могу даже комментировать, так как мир монашеский таинственный, особый и судить о нем я не дерзну.

Но если говорить о пассивности мирской, то так любую инертность, лень можно назвать «смирением». Вот не идет человек делать дело, боится сложностей, не хочет брать ответственность, не хочет доказывать свою точку зрения, боится предлагать, боится отстаивать – это разве смирение? Апостолы, величайшие отцы Церкви ничего не боялись и были инициативны, будучи глубоко смиренными. Они шли, проповедовали, писали, помогали, сострадали, были в действии! У них была идея и было служение. Как и жертвенное желание искренне нести то, что у них было в избытке. Святейший Патриарх Кирилл постоянно призывает нас к ответственности и инициативе. Посмотрите, сколько создано, сколько делается! А без инициативы все превратится в болото. Инфантильный, нерешительный и трусливый не способен на дела.

Как я понимаю, смирение – это трезвое видение себя, бесстрастность, мир в душе, желание раскрыть волю Божию о себе. А разве можно ее понять с мыслями: «Я ничего не решаю», «Как мне благословят, так и будет»? Человек отдает инициативу, лишает самого себя инициативы, боясь даже намека на существование своей точки зрения. Это, по словам духовно опытных людей, святых отцов, «смиренничание», противоположность добродетели. Ведь Бог каждого человека воззвал из небытия к бытию, создал как уникальную личность, наделил вечной душой, чтобы она возрастала. И понятно, что человек в этом тоже должен иметь стремление послужить Богу, проявлять инициативу, а то зачем ему личность нужна? На мой взгляд, страшно, когда от лени и страха прикрываются таким «смирением», которое идет против совести. Ну, а в миру это зачастую, на мой взгляд, очень часто принимает форму просто маскированной инфантильности и нежелания самостоятельно думать, отстаивать свои ценности, проявлять инициативу, брать ответственность за свою жизнь.

Сейчас очень нужна инициатива. Если будет инициатива, мы прорвемся

Чтобы существовала сильная Родина и влиятельная Православная Церковь, должны быть люди с творческой, деятельной душой, которые хотят и могут нести свое бремя, свой крест, которые разумны, осторожны, знают, как и что делать, которые готовы отстаивать интересы Отечества и веры, то есть служить, а не просто работать от «сих до сих», формально и исключительно по указаниям и «благословениям». От человека требуется здоровая инициатива. Сейчас нужна инициатива и в государственной области, и абсолютно в любой. Если будет инициатива, мы прорвемся. Умная, конечно, инициатива. Стратегическое мышление. Не «главное, чтобы у меня во дворе было всё хорошо, а дальше не мое дело – сами решайте». При всем желании твой двор нельзя сделать замкнутым пространством. Мир надо рассматривать в целом. Даже если ты в своем дворе сделаешь все прекрасным и чудесным, везде цветы, то ведь их могут потоптать какие-нибудь хулиганы из соседнего двора. Служба – это жертвенное состояние, когда ты отдаешь всё, что тебе дается, при этом памятуя о рассуждении, и тогда Господь дает тебе еще больше.

– А в чем заключается такая инициатива? Конкретно – ваша?

– Мы много работаем над профилактикой суицидов. Я во всех группах и комиссиях по этому вопросу правительств уже всех, наверное, регионов провожу семинары; провожу в епархиях семинары по вопросам психологических аспектов душепопечения; являюсь членом Общественных советов двух силовых структур, где стараюсь продвигать также полезные и нужные практические инициативы. Совместно с коллегами мы поддерживаем и развиваем группу сайтов «Пережить.ру», куда приходят ежедневно около 60 000 человек. Да и многое другое есть, даже обычная просветительская деятельность. С инициативами и планами у меня проблем нет, но всегда есть трудности со временем.

Еще раз про любовь

 

Если человек не понимает, что любовь – это жертвенность, у него непременно начнутся проблемы в семье

– На мой взгляд, сейчас надо больше просветительскими программами заниматься, причем чтобы они были на понятном современному человеку языке. Ведь многие просто не знают элементарных вещей! Например, в студенческих аудиториях, задавая вопрос «Что такое любовь?», почти никогда не услышишь правильного ответа. Начинается какое-то мычание: «Это такое чувство…» А если у меня завтра чувство к моей соседке будет такое же? Это будет любовь? – Все смеются, видя нестыковку, но не понимая, что любовь – это не чувство, а жертва. Но, к сожалению, из жизни это ушло. А если этого нет, если люди еще на школьной скамье это не осознали, они в дальнейшей жизни неминуемо столкнутся со сложностями в семье, потому что они не понимают ни смысла создания семьи, ни того, что должны быть жертвенными, ни спасительного значения слова «жертва». Значит, начнутся конфликты, а они в свою очередь могут привести к разводам в наше время просто разнузданного самолюбия. Разводы приведут к тому, что дети будут воспитываться в неполных семьях, что повлечет за собой трудности в создании счастливых семей уже в следующем поколении. Всё это ухудшается в прогрессии, потому что нет главного, нет фундамента – духовно-нравственного фундамента.

– И получается, что мы сами себя наказываем до седьмого колена?

– Мне рассказывали, что из пятирублевых монет, если ставить их одну на другую на ровной поверхности, можно соорудить «башенки» высотой в несколько метров. А если поверхность неровная, то сами понимаете, что получится. Вот у нас сейчас то же самое. Если свою жизнь ставят на неровный фундамент или вообще он отсутствует, то потом всё падает, разрушается. Важно вести просветительскую работу – не до всех дойдет, но хоть часть будет понимать, что должен быть фундамент.

Жизнь обрывают или калечат, потому что не понимают ее смысла

– Сейчас чуть не ежедневно говорят о новых самоубийствах. Чем вызвана в нашем обществе эта «эпидемия»?

– Причины, если не касаться людей с психическими патологиями, аффективными состояниями, – в непонимании смысла жизни, в полном отсутствии нравственных норм, духовно-нравственного понимания ситуации и т.д. С этим мы в нашем центре сталкиваемся очень часто.

– Неужели к вам обращаются и православные, решившие свести счеты с жизнью?!

– Православные – ни разу! Но тут надо сделать оговорку: по-настоящему православный человек – это тот, кто по-настоящему верит, живет Христом. Потому что можно ходить в храм, но при этом вовсе не быть православным. Нет, кстати, и мусульман таких же, суицидальных. Достаточно часто к нам приходят мусульмане с проблемой переживания смерти близкого человека. С другими проблемами, не суицидальными, приходят люди и других конфессий и вер. Раз у меня на консультации был даже раввин.

И разводов у тех, кто живет христианской жизнью, значительно меньше, а детей у них значительно больше. Деструктивного поведения, опять же, значительно меньше. Хотя и православные тоже ругаются, никто не идеален, но все же ругаются в гораздо меньшей степени.

Когда присутствует понимание, зачем, для кого ты живешь, какую высшую цель имеешь, человек гораздо ответственнее относится и к своей жизни, и к другим людям. Конфликты совершенно по-другому воспринимаются: как повод для преодоления, а не для отчаяния.

– А бывали случаи, когда удавалось сохранить семьи, находящиеся на грани распада, или помочь семье стать по-настоящему христианской?

– Бывали. И немало. Сколько за десять лет, никто, конечно, не подсчитывал, но только на моей памяти таких историй сотни. Вот буквально на прошлой неделе пришла после нескольких консультаций пара – прекрасные супруги – со словами: «Михаил Игоревич, поздравляем с днем рождения и хотим поблагодарить вас: мы разобрались и поняли, что наши проблемы от того, что мы друг другу перестали доверять. Сейчас мы хотим родить еще одного ребенка: мы думаем, это как раз и поможет выздоровлению наших отношений».

– А нет тут утилитарного отношения к детям?

– Тут – нет. Но у этих супругов было друг к другу недоверие. Муж считал, что жена чего-то не делает, жена – что муж не хочет ребенка. И это взаимное недоверие их отдаляло. Понадобилось несколько консультаций, чтобы каким-то образом их друг к другу приблизить и сохранить семью.

Держать дистанцию

 

– Как вы выдерживаете такой страшный груз? Ведь даже слушать рассказы обо всех этих ударах и проблемах – уже больно.

– Точно так же, как это выдерживает любой профессиональный травматолог. Если человек испытывает острую боль, то для специалиста это должна быть не личная боль, а умение, возможности, а самое главное – желание профессионально помочь. Профессионал должен находиться на достаточно безопасной дистанции, но в то же время такой, которая позволяет ему помочь ближнему.

Дистанция нужна, чтобы не было выгорания. Не надо быть в одном лице и врачом, и пациентом, и «жилеткой», и другом пациента. Надо всё-таки понимать, что твоя роль помогающего может быть в какой-то момент ограничена: ты – спасатель, но ты не Спаситель, чтобы раз и навсегда решить все вопросы.

– Насколько я знаю, какое-то время на форумах группы сайтов «perejit.ru» работала писатель Юлия Вознесенская…

– Юлия Николаевна Вознесенская – прекрасный писатель, она у нас была модератором нескольких форумов. Наша «бабушка Юля», или, как ее звали по нику, «Агния Львовна», помогала людям, которые не хотят жить, и людям, которые переживают смерть близких. И еще она для нас писала такие специальные рассказы – книжка «Утоли моя печали» как раз сложилась из этих рассказов. И особенно приятно, что она посвятила эту книгу моей коллеге и мне.

– Сами прекрасно знаете, что часто православное интернет-общение братьев по вере сводится, мягко говоря, к базару: начинают осуждать, ненавидеть, в лучшем случае – поучать друг друга, «по-братски», конечно же. Чувствуется постоянное желание конфликта. Ваш совет специалиста: как общаться христианам в интернете?

– Очень давно я участвовал в работе одного из православных интернет-форумов. Понаблюдав за собой, за собственным поведением, а также за реакцией других участников бесед на всевозможные темы, которые волнуют православных, я пришел к выводу: это большей частью пустопорожняя болтовня, даже если она идет на тему, кажущуюся очень важной сегодня. Я этих споров, да и связанных с таким форматом общения осуждений очень стараюсь избегать. Когда нечего делать, то и начинаешь делиться на группы, встревать в конфликты и т.д. Это как вот собаки в одной упряжке на Севере бегут и между собой перегавкиваются. А ведь этот лай мешает движению!

Все мы в одной упряжке Господа. И надо силы свои тратить на движение ко Христу, а не на бессмысленные свары

Все мы в одной упряжке Господа: Он нас так поставил. И надо бы силы свои поберечь, направить на движение ко Христу, а не расходовать на тявканье.

Ведь самое главное – понять о себе замысел Божий. Я замысла о себе не понимаю, но как-то стараюсь понять, потому что если Господь дает какие-то возможности для просветительской, научной, профессиональной деятельности, то не стоит тратить время на эти драки. Уж точно в чем не состоит замысел Божий обо мне, так это в том, чтобы я поддерживал или провоцировал конфликты. Если у православных есть время, то можно зайти на такой форум, куда реальные люди приходят со своими проблемами, – на тот же «Победишь.ру» или другой какой, – и поддержать людей, утешить, поделиться добрым словом, чувством. На мой взгляд, именно созидание часто свидетельствует о направлении и истинности веры.

Православные, улыбайтесь!

 

– Вы, сразу видно, умеете и любите улыбаться. Насколько полезен юмор в кризисных ситуациях?

– Я считаю, что юмор просто необходим. Когда я для специалистов провожу семинары по предотвращению суицидального поведения, многие с улыбкой говорят: «Слушайте, с вами так смешно. Мы потом будем рассказывать, что были на семинаре по суицидам и обхохотались…»

Я считаю, что как раз основа, подача материала не должна быть каким-то сумрачным «загрузом». Современный человек испытывает огромные трудности, когда слышит даже намеки на что-то серьезное – на духовность или те же суициды. Так человек устроен, что сложную информацию воспринимает гораздо тяжелее. А когда это подано легко, понятно, доступно и интересно, совершенно по-другому информация усваивается. Вот вспомним апостолов. Они, придя куда-нибудь, не вставали на трибуну, не произносили речей о сложных вещах. Да их не понял бы никто! И они умели легко и доступно говорить о важном и сложном.

Я знаю людей, которые приходили к вере благодаря улыбке

Я знаю людей, которые приходили к вере благодаря улыбке, созиданию и свету, которые несли настоящие христиане, простые православные люди. Одна семья пришла к вере, когда бабушка у них болела. У нее был инсульт. И они в больнице столкнулись с медсестрой-христианкой. Она, конечно, семинарии не заканчивала. И она была настолько бескорыстна, так по-доброму отнеслась к ним, так поддерживала их улыбкой, при этом выполняя тяжелейшую работу, воспринимая ее как служение Богу, что два человека, которые не особо-то и задумывались о вере до тех пор, сказали друг другу: «Надо идти в храм: Бог есть». И потом я уже прочитал, что подобным образом получалось у апостолов, у первых христиан, когда язычники смотрели на них и говорили: «Точно, Бог есть. Смотрите, как они любят друг друга».

Тут вновь вопрос о содержании и внешней форме. И мы в нашем центре, на сайтах стараемся, чтобы содержание именно было соответствующим. Форма у нас так себе. Особо негде людей принимать. Нет у нас шикарных кабинетов, нет у нас какого-то супероборудования, хотя, конечно, оно и не помешало бы. У нас главное – суперпрофессионалы. У наших сайтов есть администратор – просто уникальная девушка, сама тяжелейший инвалид, но она спасла своим служением сотни людей, пришедших на сайты и форумы. Ведь бывает как: один человек спасет другого человека: скажем, вытащит из воды – и он вполне заслужил звание героя; а тут человек, который сам ходить не может, спасает десятки – а про нее никто не знает. Знают только ник: «Волна». При этом она вообще одна живет! Господь дает таких потрясающих людей, которые скромно, себя не выставляя, спасают от смерти и отчаяния десятки, а то и сотни душ.

– Наверное, опыт вашего центра очень востребован?

– Да, и в миру, и в Церкви. Я провожу много времени в командировках, сотрудники нашего центра делятся опытом, участвуют в разных программах. Мы, конечно, и методически тоже помогаем: со всей России к нам обращаются. А самое главное: люди видят пользу от нашей работы. Работаем мы ради Бога. И этому очень рады.

С Михаилом Хасьминским
беседовал Петр Давыдов

http://www.pravoslavie.ru/

16 декабря 2016 г.


Назад к списку